Как потом признался мне сам Реми, в момент захвата все его мысли были направлены только на то, как бы подобраться ко мне поближе и нарисоваться передо мой, чтобы не устроить на Аркурии ещё больших бед, ведь я же не стал бы сдаваться без боя неизвестно кому. Ну, Красавчик был тёртый калач и к тому же землянин, как и многие мои лучшие бойцы, а потому ему не составило особого труда отключить электронные системы слежения в президентском дворце, хотя я и напичкал их магией по самое некуда. Вообще-то этим занимался не он сам, а майор Серёга Крылов по прозвищу Баснописец, тоже ветеран, но уже русского спецназа "Вымпел", пришедший в наш отряд тогда, когда война с ортодоксами официально закончилась и наступил столь долгожданный мир. Именно благодаря его умелым действиям всё завершилось благополучно.
Вот и получилось, что менее, чем через год, как я появился на Аркурии, мне пришлось почувствовать себя в роли отработавшей своё ступени ракеты-носителя, которая вывела на самую высокую орбиту спутник, и покинуть этот мир не по своей воле. Хотя нет, для Аркурии это слишком уж отсталое сравнение. Но всё равно жаль, очень жаль. Честно говоря, я мечтал о совсем другом финале. Ну, как бы то ни было, для своей клиентки и по совместительству любовницы, я в то время действительно был пройденным этапом, использованным противозачаточным средством одноразового действия. Именно с такими чувствами я и покинул её президентский дворец, даже не попрощавшись.
Неприятное чувство, ничего не скажешь, но так уж всё повернулось. Со дня победы моей клиентки на президентских выборах прошло всего четыре дня, а эта особа уже забыла, кто своими тонкими и умелыми действиями обеспечил ей как одно, так и другое. Меня сразу же задвинули в самый дальний и пыльный угол президентского дворца и вежливо попросили сидеть там тихо и не высовываться. Я очень обрадовался, когда увидел в полумраке хмурую, перекошенную рожу Красавчика, это он так улыбнулся мне. Осознание ужаса от всего свершившегося, пришло ко мне гораздо позднее, когда мы прошли сквозь стены, оказались на достаточном удалении от дворца, огромного, пышного и помпезного здания, где Реми и спросил меня: