Мне было приято видеть физиономии боевых друзей и совершенно не хотелось отправляться в академию магии, куда мне было велено прибыть. Ничего не поделаешь, из-за этого наша пьянка была недолгой и вскоре я посадил своих бывших сослуживцев в большой пассажирский омнибус, запряженный восьмёркой магических скакунов. Они помчались на нём со скоростью хорошего звездолёта в Ринторн, столицу империи, где будут теперь валять дурака, строить глазки красоткам из числа вольнонаёмного обслуживающего персонала имперской военной базы и волочиться за фрейлинами в императорском дворце вплоть до очередной боевой операции, которую им поручат провести невесть где.

Сразу после этого я сел в рейсовую карету, отправляющуюся в Зейторн и поскольку до этого, второго по величине города империи, было двенадцать часов езды по магической межпланетной дороге, немедленно завалился спать. Смотреть по сторонам во время движения было не на что, одна клубящаяся перламутровая пелена по обеим сторонам серебристой дороги. Зато все имперские магические кареты, дилижансы и омнибусы отличаются редкостным уровнем комфорта и в них прекрасно спится. К тому же пока я спал, магия, сосредоточенная внутри кареты, привела в полный порядок мою одежду, физиономию, волосы и даже насытила мой желудок пусть и дежурным, но вкусным обедом с вином. Эта поездка встала мне в семьсот пятьдесят империалов серебром. Увы, но я, в отличие от моих друзей, уже не был строевым офицером, а поскольку не прослужил в императорской гвардии положенных двадцати пяти лет, то и не считался ветераном армии и потому не имел прав ни на какие льготы, положенные кадровым офицерам. Поэтому и отношение ко мне было, как к самому обычному штатскому лицу.

В императорскую академию магии Зейторна, самую лучшую и привилегированную, я поступил в возрасте восемнадцати лет. Когда мне стукнуло двадцать шесть, я с похвальной грамотой закончил восьмой курс и тут начался мятеж магов-ортодоксов, к которому те готовились много лет и потому сразу же захватили несколько десятков миров империи Ринориан.