— Если разбойник вызовет меня на поединок, то я ни в коем случае не должен пользоваться магией, — с неохотой принялся я втолковывать девушке основы кодекса некромантов. — Это будет нечестно. Все равно что отнять у несмышленого малыша игрушку, пользуясь силой взрослого. Но если разбойник нападет на меня исподтишка, то тем самым он покажет, что правила честного боя созданы не для него. Следовательно, и я не обязан их соблюдать по отношению к разбойнику в этом поединке.

— Другими словами, колдовством ты воспользуешься, — поморщившись, перебила меня Таша.

— Да, — кивнул я. — Только, наверное, постараюсь не убивать неразумного. Чтобы потом не получить судебного разбирательства. Пока святой инквизиции докажешь, что имел полное право так поступить… Словом, кучу времени потеряешь.

Девушка молча смотрела на меня с непонятным выражением непроницаемых синих глаз. Будто хотела меня еще о чем-то спросить, но стеснялась. Когда пауза затянулась до неприличия, я улыбнулся и задал самый волнующий меня вопрос:

— А почему, собственно, вы… ты об этом меня расспрашиваешь? Неужели собираешь сведения о жизни некромантов? Не думал, что подобная тема может заинтересовать молодую симпатичную девушку.

Таша на миг скривилась, словно от сильной боли, но тут же вновь вернула на лицо равнодушную маску. Но этой секундной потери самообладания мне вполне хватило, чтобы разглядеть на дне зрачков девушки настоящее отчаяние. Чем дальше, тем все занимательнее. Сдается, Таша ко мне явилась далеко не по доброй воле.

— Я хотела… — запинаясь, начала собеседница. Замолчала и неожиданно сгорбилась, спрятав лицо в ладонях. Я не вмешивался, терпеливо дожидаясь продолжения. Давно прошли те времена, когда жалобные вздохи могли вывести меня из состояния равновесия. Да и потом, не доверяю я как-то подобным тщательно разыгранным спектаклям.

— Моей жизни угрожают, — наконец, глухо призналась Таша, следя за моей реакцией через растопыренные пальцы.