Он поднялся на ноги и посмотрел на поросшее высокой травой поле. В памяти всплыла фраза, услышанная недавно из динамиков акустической системы: «Жизнь прожить, не поле перейти». Ассоциативная база немедленно предоставила обработанный факт: прожить жизнь — сложная комплексная функция субъекта, обладающего сознанием.

— Я избрал цель, земля, — негромкий низкий голос прозвучал в тон летнему рассвету. — Я стану частью тебя, как все живое, тобой рожденное.

— Антон, почему ты каждое утро начинаешь с этой газетной болтовни? Папе же все равно, что там пишут.

Румяная круглолицая девочка облокотилась на пульт терминала, заслонив от глаз учителя половину монитора.

— В мире происходит много разноплановых событий, малышка. Моя задача отфильтровать информацию и представить Алексею Андреевичу факты, которые могут его заинтересовать.

— По-моему, папе известно все, что ему нужно в работе. А я уже двадцать раз просила не называть меня «малышкой».

— Извини, Анна. Однако когда ты рассуждаешь, как ребенок, мне трудно изменить привычный образ.

— У-уфф, — девочка отошла на шаг. — Это я уже слышала и раньше. Но не могу же я взять и стать сразу взрослой.

— «Взять и стать» — некорректный оборот ни в устной, ни тем более в письменной речи. После завтрака рекомендую тебе просмотреть результаты твоей тестовой работы по языку. К моему огорчению, в ней много стилистических ошибок.

— Если бы ты почаще разговаривал со мной по-простому, тебе не пришлось бы огорчаться, — Анна фыркнула для убедительности. — Пошли, папа уже в столовой и ждет тебя, между прочим.

Алексей Андреевич Жулавский сидел во главе стола, покачиваясь на своем любимом деревянном стуле — этакой достопримечательности дома, и отрешенно созерцал картину в простенке между окнами. Его руки плели из салфетки замысловатые петли. Приподнятое настроение Анны растеклось тягучей лужей. Всё опять свелось к обычному: папа занят очередной проблемой, следовательно, обещанный бадминтон сегодня не состоится.