ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ЛУНЫ

Говорят, что история повторяется дважды: первый раз – в виде трагедии, второй раз – в виде сослагательного наклонения.

I

Директор шахты «Румольская» Николай Иванович Клыков сидел в своём кабинете и размышлял. Развёрнутая перед ним на столе сводка красноречиво свидетельствовала о том, что план выработки в этом месяце выполнен не будет. Ни при каких обстоятельствах. И дело даже не в том, что отставание от графика составило минимум две недели. Настроение рабочих — вот что его беспокоило больше всего.

Бригадир проходчиков Егоров на собрании трудового коллектива выразил общую мысль предельно ясно:

- Так продолжаться не может, - сказал он. - Нормы выработки завышены, инструмент и техника изношены, из продуктов нам шлют одни рыбные консервы. Так и до цинги не далеко. А во что мы одеты? Это разве скафандры? - Он показал рукой в сторону раздевалки. - Это не скафандры, а телогрейки со стеклянными куполами. Каменный век!

- Верно!

- Правильно говорит!

- Где обещанные сапоги на магнитах?

- Где перчатки с присосками?

Парторг шахты Востриков Емельян Захарович тяжело и нехотя поднялся со своего места.

- Чего бузишь? - укорил он Егорова. - Или ты не знал о трудностях, когда подписывал контракт?

- В контракте упоминались трудности совсем другого рода. Я прилетел сюда руду добывать, а не чинить по ночам отопление в кубрике.

- Так-то оно так, Григорий Александрович, - вступился за парторга Клыков. - Но мы не можем думать только о себе, не учитывать объективных причин. Мировой экономический кризис, неурожай...

- Ага. Вон, у соседей — немцев — скафандры на сентипоне, и на завтрак — свежий апельсиновый сок. И никакой кризис им не помеха. А что, если завтра нам не подвезут вовремя кислород? Без фруктов человек ещё как-то может продержаться, а без воздуха...

Трудно, ой, трудно дался Клыкову этот разговор. Он понимал, что люди во многом правы, и пустить решение проблемы на самотёк ему не удастся.