— Ты плачешь, Санта? Я умру?
Санта выпрямилась и, не вытирая слез, окинула всех счастливым взглядом, а затем повернулась к подруге:
— Выживешь. Эта болезнь пройдет. К зиме пройдет. Или чуть позже.
— Ты хочешь сказать… — приподнялась ва локте Маев.
— Да. С моей девочкой было так же. Правда, на сей раз все иначе… Выпей воды. Тошнота отступит.
Ниун медленно опустился на лавку, словно силы разом покинули его.
— Маев… — выдохнул он и замолчал. Голос не повиновался ему. Он поискал глазами старика, и увидел, что тот плачет, не скрывая слез.
Глава вторая
Прошло чуть больше двух месяцев, и Маев уже нисколько не сомневалась, что ждет ребенка. Она научилась справляться с утренними приступами тошноты, которые мучили ее все реже и реже, и целыми днями порхала, как птичка, прыгающая с ветки на ветку. Все у нее получалось, все ладилось. Мужчины, правда, пытались освободить ее от домашних дел, но, отведав того, что ее старый отец самостоятельно приготовил на обед и несколько смело назвал едой, Маев решительно отказалась от какой бы то ни было опеки.
— Сколько женщин рожает детей, и я ни разу не видела, чтобы кто-то вместо них занимался хозяйством, — сердито заявила она. — Во мне полно сил, я ничуть не устаю. И больше даже слышать не хочу, как вы уговариваете меня отдохнуть! Вот Санта со своей девочкой не лежала с утра до вечера, потому и дочка у нее получилась резвая и веселая.
— Так то дочка. Им бы, пичугам, все щебетать. А сын должен быть серьезным, — возразил Ниун.
— Почему серьезным? — вмешался будущий дед, — Мой внук обязательно будет озорником.
— Что вы все заладили: сын, внук! — воскликнула Маев. — Санта ведь сказала, что со своей девочкой чувствовала себя так же. Или от дочки и внучки вы отказываетесь?