Вадим ошеломленно потянулся рукой к резинке, скреплявшей «хвост», проверил, не выбиваются ли волосы из прически.

— Кто сказал?

— Господин Посланник, — показала девушка на кота, уже запрыгнувшего в кабину «Соболя».

Наверное, нужно было о чем-то спросить. И начать с самого начала. Анна явно лучше разбиралась в том, что происходит. Но — как всегда — задавать вопросы, выставляя себя дураком, было неловко. Рот словно залепили кляпом. Вопросы вертелись в голове — от самого простого «а к чему это все?» до более странного: как Анна ухитряется разговаривать с машиной и котом. И ни один он не мог задать вслух — уже пару раз собирался, но каждый раз слова пропадали с языка.

Удобнее и привычнее было дождаться, пока все выяснится само. Так обычно и случалось — в новой ситуации Вадим отчаянно тупил, не понимая самых простых вещей. А потом наступало прозрение — и он удивлялся, почему же еще вчера чувствовал себя так неловко.

— Ну что, поехали?

— Куда?

— Не знаю, — покачала головой Анна. Движение было резким — длинный крупно вьющийся «хвост» метнулся от одного плеча к другому. — Господин Посланник говорит, что нас ждут.

— Ну, поехали, — пожал плечами Вадим. Девушка залезла в кабину, похлопала по оставшемуся на двойном пассажирском сиденье месту. Вадим слегка напрягся — если уж Анна одним своим видом сводила его с ума, то прикасаться к ней плечом или коленом… Многообещающе, но страшновато. Обычно он шарахался от случайных прикосновений посторонних людей. Невзначай скользнувшая по голой коже потная ладонь какого-нибудь зрителя в клубе обеспечивала ему несколько дней зуда. Кожа краснела, словно после крапивы. Но Анна посторонней не была — скорее уж, наоборот.

Все же пришлось сесть рядом. Вадим деликатно отодвинулся к самой двери, так, что между ними оставался промежуток в добрую ладонь. Сидеть из-за этого было неудобно, так как стоявший между коленями кофр заставлял принять совсем уж нереальную позу воспитанного осьминога.