Летчик заковылял вниз по улице, но едва успел сделать несколько шагов, как старик окликнул его:

- Инглез!

Летчик обернулся.

- Когда ты будешь говорить с женой Йоанниса, когда ты будешь говорить с Анной... Ты должен все время помнить...

Он помолчал, подыскивая слова. Его голос не был теперь безжизненным, и он смотрел прямо на собеседника.

- Когда появились германой, в доме была их дочь. Не забывай об этом.

Летчик стоял молча.

- Мария. Ее звали Мария.

- Я буду помнить об этом, - ответил летчик. - Проклятие.

Он повернулся и пошел вниз по улице, к дому с красными ставнями. Постучал, подождал. Постучал громче. Послышались шаги. Дверь открылась.

В доме было темно. Он только заметил, что волосы у женщины были черные и что такими же черными были ее глаза. Она смотрела на летчика, стоявшего на открытом солнце.

- Здравствуйте, - сказал он. - Я инглез.

Женщина не шевельнулась.

- Мне нужен Йоаннис Спиракис. Говорят, у него есть лодка.

Она не двигалась.

- Он дома?

- Нет.

- А его жена? Может быть, она знает, где он?

Последовало молчание. Наконец женщина отступила, придерживая дверь рукой.

- Входи, инглезус, - сказала женщина.

Она провела его по коридору в заднюю комнату. В комнате было темно. Вместо стекол в окна были вставлены куски картона. Но он все-таки разглядел старуху, которая сидела на лавке, положив руки на стол. Маленькая, ссохшаяся, она напоминала подростка. Лицо было похоже на скомканный лист грубой оберточной бумаги.

- Кто там? - спросила она тонким голосом.

Первая женщина сказала:

- Это инглезус. Он ищет твоего мужа. Ему нужна лодка.