Войдя в Родосскую гавань, вы подняли сигнал, что желаете пополнить команду. Как вы согласуете это с вашими бандитскими принципами? Принимаете ли вы на службу исключительно тех, за кого родственники готовы уплатить полсотни тысяч цехинов, а теми, у кого таких родственников нет, кормите акул? Или вы делаете различие между свободными моряками - и людьми, которых держите заложниками? Если так, то не понимаю, почему именно меня вы отнесли к разряду пленных заложников и почему вы для почину не наймете меня матросом? Полагаю, что в Родосе ваши попытки нанять человека были не весьма успешны;

- Не будьте ослом,- сказал капитан.- Вы, с вашими белыми руками и вашим cogito,- такой же матрос, как я храмовая танцовщица. Тем более что мне нужен не матрос, а судовой лекарь.

- Я к вашим услугам,- заявил Петр. Капитан недоверчиво поднял брови.

- Вы - лекарь?!

- Более того: как сыну алхимика, мне ведомы рецепты и процедуры, о каких обыкновенный врач и понятия не имеет. Например, я сумел бы наверняка и безболезненно избавить вас от бородавки, которая вас уродует.

С лицом, искаженным бешенством, капитан взревел:

- Акилле! Антонио!

В каюту ворвались двое диких курчавых Морселли - видно, сторожили за дверью.

- Сейчас же бросьте этого типа в море! Subito, subito! [Быстро, быстро! (ит.)]

Петр быстро встал и поднял обе руки, чтобы по возможности сохранить их свободными, и, воспользовавшись тем, что грозные верзилы надвигались на него грудью, рядышком, он изо всех сил стукнул их лохматыми головами друг о друга, отчего произошел звук, как если бы стукнулись лбами два барана; но так как в отличие от баранов молодые Морселли не были приспособлены к таким ударам, то оба рухнули на пол без сознания.

- Убивают! - заверещал капитан на диво писклявым испуганным голосом, столь неподобающим для его смуглого, мускулистого горла.- Мерзавец, ты убил их!