– Умоляю вас, господин! Я родила двойняшек, но они были слишком слабы и умерли. Я не убивала их! А тем более не брала их жир!

В подземелье напряжение, инквизиторы, святой отец и брадобрей замерли в ожидании: что скажет прелат?

– Я лично допрошу обвиняемых в проведении Чёрных месс. Вы же, – он обратился к членам Святой комиссии, – можете присутствовать.

Прелат прошёл дальше в чрево подземелья. Он увидел, как палач привязал некоего мужчину к пыточной лестнице

– Умоляю! Только не лишайте меня мужского достоинства! – молил он.

Несмотря на весь трагизм происходящего, мужчина выглядел комично, пытаясь зажать свой детородный орган между ног, дабы палач не смог причинить тому вреда.

Рене подошёл к обвиняемому и заглянул тому прямо в глаза. Несчастный затрясся от страха.

– Поверьте мне, я не сделал ничего дурного! Только не надо пыток! У меня слабое здоровье!

– Тебе его здесь мигом поправят! – равнодушно отрезал палач.

Нечастный покрылся крупными каплями пота, особенно его обритая голова.

– Немедленно отвяжите его! – приказал Рене. – Это человек – учёный муж.

– Он – чернокнижник! При нём были найдены соответствующие доказательства! – Возмутился молодой инквизитор, находящийся здесь же, рядом с палачом.

– Я хотел бы взглянуть на них.

Молодой инквизитор вопросительно посмотрел на святого отца, тот в свою очередь, кивнул в знак согласия.

– Отец Франсуа, объясните ему суть вещей молодому брату-доминиканцу, – распорядился Рене.

– Выполняйте! Принесите одну из его сатанинских книг! – приказал святой отец.

Инквизитор, присутствующий при пытках, оскорбился:

– Это неслыханно! Я сообщу самому Главному инквизитору Денгону!

– Да, и при этом не забудьте указать, что ослушались папского прелата, не выполнив его приказания.

Ошарашенный инквизитор замер.

– Что вы хотите сказать? – еле слышно выдавил он, переводя недоумевающий взгляд с Рене на отца Франсуа и далее на инквизиторов.