- Ага. Убили.

- И?..

- Паша, ты нерусский? Я же сказал - об этом пишу я. Что непонятно?

- Злой ты, Стогов.

Мы помолчали.

- Дай хоть пивка хлебну.

- Хлебни.

Паша мстительно присосался к горлышку и поставил бутылку на стол, только когда пива в ней осталось на пару пальцев. Потом он, не оборачиваясь, вернулся к своему столу.

В мокрой куртке, прямо с улицы, в буфет влетел буржуазного вида мужчина. Не иначе как обозреватель из еженедельника выше этажом: "А сегодня, дорогой читатель, мы поговорим с тобой о самом главном... о том, о чем нам давно следовало поговорить... о курсе акций ПСБ в наступающем сезоне..."

Я открыл вторую бутылку. Не дай мне Бог дожить до такого вот состояния. В буфет вошли три машинистки и новенькая корреспонденточка из отдела социальных проблем, имени которой я не знал. Машинистки были бледны и не накрашены.

То ли помог аспирин российских спецслужб, то ли все-таки "Балтика". Но головная боль совсем прошла.

Я осторожно потрогал лоб. По ту сторону лба понемногу оформлялся сегодняшний репортаж. Пора идти на рабочее место и писать о загадочном убийстве китайского бизнесмена в петербургском найт-клабе "Moon Way".

Специально для читателей нашей газеты! Специальный корреспондент И. Стогов, первым оказавшийся на месте преступления, передает!..

Иногда меня в буквальном смысле тошнит от того, чем я занимаюсь. Впрочем, ничего другого делать я все равно не умею.

Я отнес пустые бутылки на столик с табличкой: "Грязную посуду - сюда" и начал похлопывать себя по карманам в поисках ключа от кабинета. В этот момент в буфет вошел мой главный редактор.

- Ага! Стогов! Я знал, что найду вас в баре.

- Здравствуйте, Виктор Константинович.

- Вы знаете, что вам звонили?

- Мне?

- Вам звонили, а вы с утра в баре.

Какая здесь связь, я не понял. Но на всякий случай кивнул. Все ясно: мне звонили, а я с утра в баре.