Виктор Петрович открыл дверь.

- Ну здравствуй, Виктор, - сказал, входя в прихожую, бородатый мужчина (аккуратно бородатый и напрочь лысый) в белом строгом костюме, белой рубашке со стоячим воротником и белых же мягких туфлях, - правильно сделал, что впустил меня, правильно, потому как дело безотлагательное, грубое нарушение важной документации, это, знаете ли... - что там говорил дальше ночной гость, Виктор Петрович прослушал: он высунулся за дверь, как улитка из раковины, осмотрелся - на площадке никого не было - и запер дверь.

- Собственно, чем обя... - Виктор Петрович осёкся: в коридоре тоже никого не было. Виктор Петрович трусцой пробежался по кухне и комнате, заглянул в ванную, туалет - исчез белый и лысый-то! Словно и не приходил никогда.

Покачал головой Виктор Петрович, взяла его оторопь, но тут в дверь опять постучали, громко и размеренно: три раза стукнули, как время отбили.

- Кого там чёрт... - Виктор Петрович осёкся, подкрался на цыпочках к глазку, посмотрел: то что он увидел, ему не понравилось, совсем не понравилось! Да кому понравится, если он в глазок Смерть в саване и с косой увидит, нда-а...

Глазок в этот раз, зараза, показывал лучше Пулковского телескопа, протёрли его с той стороны, что ли... Для пущей убедительности.

- Никого нету, - осипшим голосом сказал Виктор Петрович. Все ушли на фронт, - и чего он ляпнул ерунду такую, он и сам не знал, ему бы молчать, да под диван, подальше от двери, ан нет - высказался! Молодец.

- Открывай, человече, - Смерть блеснула начищенной косой, - инфаркт пришёл! Срок тебе, стало быть. Пора! - сквозь дверную фанеру просунулась костяная рука, нащупала замок и уверенно его открыла; Виктор Петрович попятился.

Смерть вошла, по-хозяйски закрыла за собой дверь и, недовольно покачав черепом, взмахнула косой...