Группу сняли с марш-броска. Отвели в штаб. Там командир бригады сказал, что сейчас с ними встретится товарищ из Москвы, о чем будет разговор неизвестно, но он обладает всей полнотой власти.

Москвич представился Николаем Сергеевичем и пожал всем руки, приветливо улыбаясь.

- Не буду ходить вокруг да около, - сказал Николай Сергеевич Алексеев. Предлагаю участие в некоей акции.

- Чечня? - спросил Жаров.

- Об этом потом. Предупреждаю, акция чрезвычайно опасная. Придется действовать в таких условиях, когда некому будет прийти на помощь.

- Э, спецназ пощады не просит, - махнул рукой Селиванов.

- Да. Только может случиться, что вы будете выглядеть не героями державы, а преступниками.

В этих словах был такой холод, что спецам стало не по себе. Каждый почувствовал, что их толкают в какую-то пропасть.

- Где территориально будет акция? - осведомился Жаров, по привычке потерев ладонь, на которой после ранения осколком в позапрошлом году остался длинный белый шрам.

- Скажем - на территории России... Вот что, ребята, у вас есть шанс послужить Родине так, как не служили никогда. Слишком много решается. Но вы можете отказаться. Мне нужны только добровольцы.

Жаров задумался. Потом сказал:

- Мы согласны.

Алексеев обвел вопросительным взором остальных бойцов.

- Как командир сказал - так и будет, - махнул рукой Сорокин. - Можно без голосования. Принято единогласно.

Алексеев не ожидал другого. Он достаточно изучил этих людей, давно присматривая группу, способную выполнять специфические задания, и знал, что лучше группы Жарова ему не найти. ГРУ располагает уникальными подразделениями, которые отлично подходят для решения самого широкого спектра задач. Тыл противника в войне - вот место работы спецназа ГРУ. Глубинная заброска. Но так уж случилось, что война пришла на территорию России и спецам придется поработать на своей земле.