В углу вздыхал Лешка Степин. Он так обмотал себе марлей шею, что не мог шевельнуть головой и поворачивался только корпусом. Последним явился Вовка. Как видно, ему хотелось в кино больше всех. Обе ноги были во много слоев замотаны марлей, доходящей до самого пояса. Для верности Вовка добыл где-то огромные костыли и тяжело на них опирался. При каждом его шаге стены раздевалки вздрагивали. - Все в сборе? - заглянул в дверь Геннадий Васильевич. - Тогда пошли. - Куда? - простонал Лешка Степин. - К директору, - просто ответил наш физрук. Наша процессия, наверное, доставила массу веселья прохожим. Впереди бодро шагал Геннадий Васильевич. За ним гуськом печально брели Гена, Алик, Лешка Степин и я. Юрка-отличник заботливо поддерживал Громобоеву. Его голова доставала ей как раз до подмышки. Заключал колонну страдальцев Вовка. От глухих ударов его костылей вздрагивали дома. Какая-то девчонка увязалась за нами, скакала на одной ножке и выкрикивала: - Привидения идут! Привидения идут! У самых дверей директорского кабинета Вовка угрюмо поинтересовался: - Геннадий Васильевич, а как вы догадались, что мы... ну не больные? Физрук улыбнулся. - Очень просто. Я понял это, когда пришел Алеша. - А разве я неправильно забинтовался? - спросил я. - В общем-то ты все сделал верно. Только знаешь... - Геннадий Васильевич засмеялся. - Даже самые-самые неопытные врачи никогда не накладывают повязку на больную ногу поверх брюк! Эх, вы, орлы!.. Так закончился наш неудачный поход на "Привидения в замке Шпессарт". Как ни странно, меньше всех расстроился Вовка. - А, ерундистика все это! - заявил он. - Никаких привидений не бывает! Наверное, он был прав. Жаль только, что самые умные мысли всегда приходят к нему слишком поздно... Кстати, на кроссе он прибежал вторым, А победила, как всегда, Громобоева.