На следующее утро стражи‑деревья бесследно исчезли и умытый дождем остров выглядел так же привлекательно и сказочно, как и прежде.

Только теперь он, Ансей, был здесь хозяином. Проснувшись на пороге, он без особого удивления осмотрелся и, быстро облетев дом, понял, что отныне сам должен решать, чем заниматься и что предпринимать.

Ощущение было не из приятных.

Первым делом он полетел к руинам. Знал ли Шерам, как не любит его приемный сын запреты и как торопится их нарушить? Знал, вероятно. Об этом Ансей думал уже много позже, когда его короткий мех поседел и жизнь подходила к концу.

Руины были повергнуты в прах вторично.

Когда их украсят новые вьюны, и мхи вновь покроют опаленные стихией камни, никто уже не догадается, что стояло здесь прежде, о чем думали здешние жители и какие события нарушали однообразие жизни островка.

Половина скалы куда‑то делась. Вершина острова теперь была плоской, словно сковорода и почти такой же отполированной.

Неприятно пахло гарью и чем‑то еще. Запахом несчастий. Не минувших, но грядущих. Тех, что вскоре обрушатся на своих жертв.

Ансей с изумлением и отвращением бродил по крохотному пятачку, когда позади него что‑то лопнуло, воздух задрожал и новая тень, перечеркивая его собственную, упала на сплавленный камень.

Ансей обернулся, и надежда умерла в его огромных глазах, не родившись. Перед ним стоял высокий, невероятного роста человек в черной мантии и тяжелой, черного цвета броне. От него пахло грозой и пылью, огнем и временем, и бедствиями, что еще не пришли.

Человек с изумлением разглядывал окружающее его пространство и крохотную фигурку Ансея и неожиданно расхохотался. Ансея этот хохот едва не сбросил со скалы.

Насмеявшись вдоволь, человек заговорил.

— Это место меньше всего похоже на большой город, раздери меня демоны, — сказал он и присел. Даже присевший, он был вдвое выше стоявшего Ансея. — Не ты ли, малютка, привел меня сюда? А?