Когда и как все в конце концов разошлись, когда уехали гости - он не помнил. Вряд ли спал все это время беспробудным сном - ничто не было украдено, все осталось на местах, дражайшая супруга была также довольна. Как и дети, впрочем.

А утром выяснилось, что словно никого и не было вчера. Никаких гостей. Лишь десяток золотых монет - невероятно редких и дорогих, припомнил Феддервел - все так же приятно отягощали карман его рубахи. Совсем из ума выжил, таскаю золото с собой.

И жестянки на месте - чай, жасмин, прочие пряности и диковинки...

И - почти совсем сорванный ветром - один из двух листков, что Хевайеринн повесил над входом в трактир.

И многое другое. Например, небывалый наплыв посетителей с самого утра. Чудо! Гости отбыли (дайте боги им удачной торговли и безопасного пути!), трактир вернулся из забвения, разлад в семье благополучно преодолен. Радуйся, Феддервел!

Радуйся!

Слегка ошарашенный, Феддервел радовался, как мог. Но вот, ближе к обеду, закутанный в какой-то старомодный плащ, в дверь его постучался Керент. Ювелир.

Феддервел препоручил посетителей Мерии (которая выглядела уже лет на пятнадцать моложе, нежели позавчера и все чаще напоминала хозяину дома ту очаровательную красавицу, которой была так давно... Проклятие, не была! Вновь становилась ею!

Керент дождался, пока Феддервел закроет и запрет дверь и, опустившись в старое кресло, снял шляпу.

x x x

- Пока еще удается все скрыть, - объявил он. - Беда в том, что кое-кто обратил внимание на то, чем расплачивался ваш гость. Я, правда, успел сказать всем, кому успел, что все до одной монеты у меня, и что я лично открыл для вас, дружище, счет в Двух Листьях. Но...

- То есть... - трактирщик ощутил, что ему становится не по себе.

- Этот сумасшедший, - ювелир перешел на таинственный шепот, отыскал где-то клад. Очень необычный клад. Я не знаю, отчего он вздумал расплачиваться подобным сокровищем, но... Одним словом, все это настолько дорого, что владеть им попросту небезопасно.