Что-то необычное слышалось в шутливом тоне Потра. Нельзя было понять, смеялся он или говорил серьезно. Кто этот человек? Почему в его голосе, во взгляде непоколебимая уверенность? Я, пересиливая боль, повернулся к нему, с надеждой взглянул в его лицо.

- Что вы имеете в виду... товарищ?

- Когда-нибудь узнаете, - подмигнул мне Морис. - Не все сразу. А сейчас скажу лишь одно - в любом положении не следует отчаиваться. Это недостойно человека. Надо надеяться, верить, мечтать...

- "Мечтать"! - иронически буркнул я. - Мечта не пробьет стен!

- Ошибаетесь, - возразил Морис. - Нет силы более могучей, нежели мечта!..

Металлическая дверь загрохотала. Открылось маленькое окошечко, в которое заключенным подают пищу. Усатая морда с сизым носом алкоголика рявкнула:

- Молчать! Еще раз услышу - карцер!

Окошко закрылось. Шаги в коридоре затихли.

- Какой еще карцер нужен? - прошептал я, оглядывая тесную мрачную камеру с маленьким окошечком наверху.

- По сравнению с карцером эта камера - роскошная комната! - заверил Морис. - Там мокрый цемент, всю одежду отнимают, раз в три дня пойло...

Морис посмотрел в окно, зарешеченное толстыми прутьями. В черном прямоугольнике мерцала яркая звезда. Потр указал на нее.

- Каждую ночь я гляжу на звезду. И ощущаю, понимаю необъятность мироздания. Но я - человек - обнимаю его своим разумом. Даже здесь, в тюрьме, я путешествую в бездонных глубинах Вселенной. Закрой окно - звезда засияет в моей памяти. Брось меня в карцер - я все равно буду созидать в своем воображении новые миры, где будут чудесные люди и прекрасные пейзажи. Да, мечта сильна! Кто может сдержать ее полет?..

Меня раздражал его непонятный оптимизм.

- Понимаю, - угрюмо прервал я его пылкие слова. - Но, воображая "прекрасные миры", можно гнить до смерти в каменном мешке. Насильники и тюремщики даже будут довольны. Мечтайте сколько угодно. А реальный мир в их распоряжении!