Кроме этого, они не знали ничего. Десятки лет в переговорах с экипажами других кораблей велся бесконечный спор о том, почему никто не знает, что лежит в трюмах. Кто-то утверждал, что со времен войн, происходивших пятьдесят тысяч лет назад, установилась традиция, согласно которой экипаж не несет ответственности за свой груз. Другие говорили, что все гораздо проще: сотни тысяч культур, живущих в обычном времени, меняются так сильно и так быстро по сравнению с жизнью на корабле, что все равно никто не смог бы понять, что представляет собой товар. Кто-то утверждал, что жители планет не доверяют астронавтам, боятся, что те похитят груз, если будут знать его предназначение. Однако большинство считало эту последнюю идею самой глупой. Ведь всем было известно, что самую большую ценность на корабле имеет свободное место, и кто захочет хранить какой-то груз и отказаться от места в трюмах? И никто не решится купить или продать нечто явно краденное, ведь обо всех контрактах сообщалось в эфире открытым текстом.

Вообще-то, даже если бы Зрина и узнала, что представляет собой груз, ей это было бы безразлично. Она знала, куда нужно его доставить, — в конце концов, это входило в обязанности математика, — и ей это было по душе. Им предстоял очень длительный рейс: место назначения было расположено в северной полярной области скопления миров Третьего Пульса. Населенные планеты этой части галактики находились так далеко от Земли, что их не было видно невооруженным глазом. Поэтому в древности они не получили имен и наблюдатели Второго Пульса дали им абстрактные названия. Зрине нравилось, что солнца носят такие имена, как Проницательность, Милосердие и Сверхъестественное. До прибытия в следующую систему на корабле пройдет шесть лет, а может, и больше, если на совещании выяснится что-нибудь новое.

Когда наступил ее двадцать девятый день рождения, они уже находились в открытом космосе и жизнь приобрела приятную монотонность.