— Черный Крест, — повторил Балтазар.

Не будь я свидетелем того, как Черный Крест поймал Балтазара и пытал его, могла бы подумать, что он очень спокойно относится к внезапно появившейся банде охотников на вампиров. Однако я ясно видела страх и ярость в его глазах. Руки Балтазара сильно стиснули руль.

— Нужно убираться отсюда.

— Но мы же не можем бросить Вика и Ранульфа! — воскликнула я.

Тут Лукас подался вперед и шепнул:

— Мама?

Я ее тоже увидела — Кейт, предводительница ячейки Черного Креста и мать Лукаса. Ее медового цвета волосы, так похожие на волосы сына, блестели в свете уличного фонаря; тени обрисовывали твердые мускулы рук и кол, заткнутый за пояс. Когда Черный Крест узнал, кто я такая, и объявил нас вне закона, Кейт куда-то отослали. Я всегда считала, что причина тому в неистовой любви Кейт к сыну, которую она зачастую скрывала под маской дисциплины и приверженности долгу. Но достаточно ли сильна эта любовь, чтобы противостоять долгу сейчас?

— Все в порядке, — сказала я Балтазару. — Она привезла сюда друзей, чтобы помочь Лукасу. Видишь?

И показала на дверь, возле которой один из охотников Черного Креста задавал Вику вопросы. Тот старался вести себя непринужденно, но у него очень плохо получалось.

— Эти «друзья» на самом деле охотники, поймавшие меня и разоблачившие тебя, Бьянка, — отрезал Балтазар. — Может, они приехали, чтобы помочь, но стоит им нас увидеть, все сразу же изменится.

— Я должен с ней поговорить, — произнес Лукас. — Если вы, ребята, хотите уехать — уезжайте.

За себя я не боялась: эти охотники мало что знают о привидениях и не смогут навредить мне. Но это не значит, что я вообще не боялась.