Они правильно истолковали его невнятную речь и пообещали все сделать.

Вечером из замка вышел не тот Танкред, что был утром. Он чувствовал себя ужасно — в ушах как будто была вата, в голове шумело, и он мог потерять сознание каждую секунду. Все вокруг была подернуто пеленой. И сейчас он увидит Молли! В таком ужасном состоянии! Но он не может ее предать! А если Молли не придет? Он умрет от горя! Опушка? Довольно расплывчатое понятие!

Сегодня утром к нему заходил слуга и сказал, что к нему приезжал Дитер, но слуга ответил ему, что господин Танкред простудился и никого не принимает. Дитер пожелал Танкреду быстрейшего выздоровления и пообещал заехать в ближайшие дни. Танкред был очень признателен слуге.

Наконец он добрел до опушки и опустился на землю. Он задыхался, как будто бежал целую милю.

Между деревьями показался эльф.

— Танкред.

— Болли! — с радостью закричал Танкред. Она подошла к нему. Из замка их не было видно за кустами. — Болли, я софершенно ужасно выгляжу!

— Танкред, ты тоже простудился? А я так переживала из-за своего охрипшего голоса!

— Милая моя тевочка! Ведь ды фее фремя была в лесу! Дак нельзя! У тедя болит форло?

— Да, и грудь.

— О, Боже! Тебе надо в постель!

— Да, но где эта постель?

— Болли, ты так очарофательна, даже когда болеешь! А я просто ужасен!

— Ничего подобного!

— Спасибо, друдочек! Я так дебе рад.

Они никак не могли наглядеться друг на друга, пока Танкред не закашлялась и не схватился за платок, чтобы вытереть нос.

— Тебе надо в постель. Ты заберзла. Божет, все-таки пойдешь со бной?

Она напряглась.

— Нет, не могу. Я никому не могу довериться.

— Тогда идеб в каретный сарай — таб есть кобната.

Она с радостью согласилась, и поскольку уже темнело, им удалось пробраться незамеченными в каретный сарай. Танкред тайно принес Молли одеяло и подушку и удостоверился, что она вполне сносно устроилась в холодной и неприветливой каморке. А из окон за Танкредом наблюдали слуги.