– Ва-аа! – услыхали мы его вопль и тут же, похватав стволы, бросились на помощь – но наш штурман уже выходил в коридор, оправляя на себе золотистые штанишки.

Вид у него при этом был самый задумчивый.

– Что… там? – возопил нетерпеливый сэр Персиваль.

– Ничего, – вполне спокойно ответил ему Тхор. – Так, ковбои проскакали. Я в фильмах таких видел.

– Где?!

– Да неважно есть. Я понял. Все понял.

– Что?..

– Это что-то с грузом. Не то что-то. Что ты мне, Сэм, про генераторы иллюзий говорил? Голограммы?

– Ты хочешь сказать, что…

– Я хочу сказать, что триггеры излучать есть. А эта зараза – как реагирует? Э? Ты знаешь есть? Нет? И я вот нет.

В подтверждение его слов у меня за спиной вдруг раздался слабый скрип. Оглянувшись, я уже почти без страха увидел очень печальную крокодилью морду, а чуть ниже ее – нечто совсем уж невообразимое, мелкое и коричнево-ушастое: крокодил при этом держал в руках антикварный отбойный молоток. Перси тут же воздел ствол своего бластера, но я успел его остановить.

– Металлолом сдали? – мрачно поинтересовался крокодил…

– Ребята, – вмешался вдруг коричневый с ушами, – Мой друг Гена говорит, что пионерам положено сдавать металлолом, а то вожатая…

– Пошел на хер! – не выдержал Перси, и странная парочка послушно исчезла.

– Что это за пидоры? – изумился Тхор. – Никогда таких не бачил.

– Национальный фольклор, – скривился я, понимая, в какую историю мы влипли.

Съев наскоро зажаренную яичницу, я объявил военный совет, в течение которого мимо нас три раза пролетел довольно вздорный медведь на драном воздушном шарике – к нему, впрочем, мы привыкли довольно быстро, потому что летел он всегда строго вниз, однообразно спрашивая при этом, кто умыкнул его мед, – один раз возникла загадочно растрепанная сова с каким-то шнурочком в руках и – жутко доставший нас кот с надписью «Thomass» на безвкусном галстуке-бабочке: тот все время интересовался у нас, не видали ли мы его приятеля Джерри. В конце концов Тхор ловко отвернул вопящей голограмме хвост, и больше эта сволочь нас не тревожила. Медведь, правда, все еще парашютировался, но на него мы уже не обращали внимания.