— Вперед! — скомандовал Порак, всем своим видом отметая любые возражения, и они затопали по длинному туннелю.

Границу гоблинской территории отмечало изваяние гоблина-воина. Оно стояло здесь с незапамятных времен и, вероятно, по возрасту не уступало самой горе. Кто высек статую, никто сказать не мог. Историей гоблинов вообще мало кто интересуется. А большой валун, например, мог бы отмечать границу ничуть не хуже.

Возле изваяния, если похвальбу последними достижениями на сексуальном поприще можно назвать исправным несением караульной службы, двое здоровенных стражей, без всякого сомнения, предавались самому что ни на есть исправному несению караульной службы.

Джиг поежился, когда отряд ступил на нейтральную территорию. Он ничего не мог с собой поделать и лишь надеялся, что никто этого не заметил.

Некоторое время назад подземные жители поделили между собой внутреннее пространство горы. Система южных лабиринтов досталась гоблинам. Более крупные, хобгоблины, заняли самые теплые и наиболее удаленные от входа с поверхности западные пещеры. Рыбоящеры, разумеется, сидели в своем холодном озере.

К ним гоблины питали особую нелюбовь и старались по возможности избегать встречи с амфибиями. Тем не менее, когда с едой становилось туго, приходилось иногда совершать охотничьи рейды к озерным жителям. В результате подобных экспедиций решались сразу две проблемы. Во-первых, белоглазые твари хоть и не блистали красотой, но в пищу более чем годились, а еда — это еда. Во-вторых, кто-нибудь из охотников непременно ухитрялся напороться на ядовитые шины, сокращая тем самым количество ртов в голодное время.

Сами рыбоящеры, к великой радости соседей, покинуть озеро не могли, а некое подобие шаткого перемирия мешало хобгоблинам слишком часто вторгаться на гоблинскую территорию.

Джиг оглянулся на статую. Вот он, настоящий гоблинский воин. Прежде чем разъяренный маг размазал его по стене зеленым пятном, этот герой, несомненно, успел прикончить не менее трех человек.