Кстати, Тео в этот момент искала именно сапоги. Перво-наперво она проверила пространство под кроватью, и не ошиблась — один нашелся; она вышвырнула его на середину комнаты, бурча ругательства. Тут двери распахнулись и в комнату торжественно зашел Гринер, и она успела только сказать:

— Осторожно, не споткнись о мой са-а-ап…

… как парень рухнул вперед, опрокинув на пол и тазик, и кувшин.

— Сапог.

Тео села в кровати и сочувственно оглядела место происшествия. Юноша распростерся на полу, хватая ртом воздух, а злосчастный сапог лежал себе, как ни в чем не бывало, всем своим видом показывая, что он является лишь проводником высших сил, а сам тут ни при чем.

— Ох… интересно… — прошептала Тео, и даже чуть привстала.

"Ничего интересного", — досадливо подумал Гринер, валяясь в начинающей стремительно остывать луже и ощущая, как на лбу растет четвертая шишка.

Тео вгляделась в лежащего на полу парня и покрутила пальцем в воздухе.

— Или мои глаза меня обманывают, или вода вокруг тебя разлилась в виде знака Хех.

— Да неужели, — пробурчал Гринер, усаживаясь. Одно из полотенец закрутилось у него вокруг шеи, и он раздраженно пытался сдернуть его. Надо же, так опростоволоситься, а он как раз хотел (после того, как поможет ей, естественно), попросить наемницу взять его с собой… Теперь точно ничего не выйдет, и ему придется и дальше работать у склочника Барбюса, ожидая, когда в таверне снова появятся искатели приключений, а значит — шанс уехать.

— Точно… он самый, — медленно и очень вдумчиво сказала Тео, словно бы не замечая сарказма Гринера, — Знак Хех.

— Что? — спросил Гринер.

Она простонала:

— Ну почему именно сейчас… и здесь… Нет! Не желаю, не хочу, не буду!

— Да как хотите… — поспешно согласился Гринер и стал на заднице отползать к двери.

— Стой! Не пугайся, это я не тебе… — Тео тяжело вздохнула. — Все нормально. В полном порядке. Принеси мне, пожалуйста, еще воды и полотенец, если тебя не затруднит.