"Моя милиция" села в "Волгу" и уехала. Потерявший зрелище любознательный народ постепенно и неохотно расходился. Ганя заметил меня и радостно заорал:
- Видали?
- Не видал, - сознался я. - А что?
Он подбежал ко мне, а хорошенькая девица-свидетельница почему-то последовала за ним и встала поодаль, выжидающе глядя на нас.
- Это Люда, - небрежно сказал Ганя и, сочтя объяснение исчерпывающим, затараторил: - Мы с ней шли ко мне, остановились хлебнуть квасу, а бочка заперта, тетка ушла куда-то, интересно, на что начальство смотрит, а "Москвич" прет за сотню, я еще издалека заметил, думал, псих какой-то, и вдруг - на тормоза изо всех сил, я обернулся, а он исчез!
Всякий поток нуждается в плотине. Я поймал паузу в Ганином выступлении и влез:
- Сразу?
- В том-то и дело, что нет. Постепенно. Быстро, конечно, но все-таки не сразу. Как будто в стену вошел.
- И ты стоял и смотрел? - не поверил я.
- Я-то? - обиделся Ганя. - Я сразу туда бросился.
- И тоже исчез?
- Как видите, нет, - тяжело вздохнул Ганя: ему явно хотелось исчезнуть вслед за машиной.
- Что же там было?
- Ничего не было. Улица как улица. Я на том месте полчаса топтался, пока милиция не приехала.
- А кто ее вызвал?
- Тип в майке. Людка бабусю в чувство приводила: старушка чуть в обморок не свалилась - не по ней зрелище, а мужик в автомат побежал звонить.
- В милиции сразу поверили?
- Он говорил: сразу. Только, по-моему, соврал.
- Почему ты так думаешь?
- Он минут десять звонил - это в милицию-то, по "ноль-два"! А потом они приехали, а он сбежать хотел, да я не позволил.