Один из спрыгнувших ответил гундосо:

— Это не Хархан-А, и не Ха-Архан, слизняк, и тем более это не Харх-А-ан, понял? Это промежуточный слой, дурак!

— Ага, понятно, это Меж-хаарханье, так? — с сарказмом вопросил Иван.

— Нет, не мели попусту, слизняк, не опошляй того, о чем не имеешь представления! — сказал другой. — Это обычный изолятор для тех, кто любит шустрить в квазиярусах, А в Межарха-анье еще попадешь. Может быть, попадешь!

— Спасибо хоть на этом, — сказал Иван.

— Нам твоих благодарностей не надо, — заявил гундосый и с размаху ударил Ивана ногой в лицо.

— Да-а, попадет он, разбежался! — проворчал другой. — Туда перевертышей не берут, нужны они там больно!

— Там его и обернут разом! — сказал гундосый.

Иван переждал, пока утихнет боль. И спросил. Он не мог не спросить. Правда, вопрос получился странным:

— Это вы, что ли?! Эй, Гмых, отзовись, ублюдок?! А ты, гнусная твоя рожа, Хмаг, не узнал меня?! Зачем пожаловали сюда, палачи проклятые?!

— Опять грубит! — сказал гундосый.

А второй пояснил:

— Ты ошибаешься, приятель, никаких гмыхов и хмагов в Системе нету, даже кличек таких тут не услышишь! Это у тебя от твоего тупоумия слуховые галлюцинации, понял?!

— Не понял, — упрямо ответил Иван.

— Тогда получай!

Ивану со всей силы ударили в солнечное сплетение. Он задохнулся, потом закашлялся. Изо рта потекла на щеки, лоб, а потом и на пол кровь.

— Тебе уже давно пора бы понять, что здесь ничто не повторяется! Здесь не слизнячий мир! Ну ладно, давай слазь-ка!

Иван не понял.

— Как это? — переспросил он.

— А вот так!

Они ухватили Ивана за руки и потянули вниз с такой силой, что он взвыл от боли в ногах и позвоночнике.

— А ну, взяли!

— Только разом! И-эх!!!