- Тысячи долларов достаточно? - спросила она, не отрывая от меня глаз.

- Не могу, - сказал я. - Без нее невозможно настроить другие растения. Кроме того, - добавил я, стараясь улыбнуться, - эта орхидея погибнет через десять минут, если вытащить ее из вивария. Да и все эти цилиндры и трубопроводы будут смотреться весьма странно в вашей комнате.

- Да, конечно, - согласилась она, внезапно улыбнувшись в ответ. - Я вела себя глупо. - Она в последний раз взглянула на орхидею и не спеша направилась к секции напротив, где продавались произведения Чайковского, весьма популярные среди туристов.

- "Патетическая", - наугад прочитала она на ярлыке. - Я возьму ее.

Я завернул скабию и вложил в коробку буклет с инструкцией, все еще глядя на женщину.

- Не волнуйтесь так, - сказала она весело. - Я никогда не слышала ничего подобного.

Я не волновался. Просто тридцать лет, прожитые в Вермиллион-Сэндз, сузили мой кругозор.

- Вы надолго в Вермиллион-Сэндз? - поинтересовался я.

- У меня сегодня первый концерт в клубе "Казино", - ответила она. Она рассказала, что зовут ее Джейн Сирасилайдз и что она - певица оригинального жанра.

- Почему бы вам не придти посмотреть на меня? - предложила она, и озорной огонек пробежал в ее глазах. - Я начинаю в одиннадцать. Может быть, вам понравится.

Я пришел на концерт. На следующее утро весь Вермиллион-Сэндз гудел от пересудов. Джейн произвела сенсацию. После представления триста человек клялись, что услышали все - от хора ангелов, поющих под музыку небесных сфер, до джаза. Что же касается лично меня, то, может быть, из-за того, что я слышал слишком много поющих цветов, я относился к этому более спокойно. Но теперь я знал, откуда появился на моем балконе скорпион.

Тони Майлз слушал "Сен-Луи блюз" в исполнении Софи Такер, а Гарри - Мессу си минор Баха-отца.

Они зашли в магазин и, пока я возился с цветами, делились впечатлениями от концерта.