Что же касается вассалов самого Джерина, большинство из них считали чтение бабским занятием. (Он всегда недоумевал: почему? Ведь образованных женщин здесь не видали в глаза.) Хотя очень скоро эти молодцы уяснили, что при нем лучше об этом не упоминать. Еще они поняли, что он хороший боец, несмотря на библиотеку, заваленную дюжинами свитков и рукописей. Но это вовсе не означало, что они стали о чем-то задумываться и размышлять.

Джерин вздохнул и выпил еще эля. Иногда ему казалось, что откат к почти варварскому состоянию имеет больше смысла, чем все его попытки хоть как-то ориентироваться на жизненные устои южан. «Именно так и разлагаются цивилизации», — подумала та часть его мозга, что изучала историю.

После следующей кружки эля он уже не пытался вступать в полемику со своей чересчур умной частью. Райвин и девушка куда-то подевались. Драго Медведь громогласно храпел на полу, даже не замечая, что через него то и дело переступают собаки. Дарен тоже спал, свернувшись калачиком на скамье.

Вэн же, напротив, был полон энергии и выглядел много трезвее, чем Джерин себя ощущал. Лис приподнял бровь и посмотрел на него.

— Ну что? — спросил он. — Бросим кости?

— По поводу этой девчонки? — Великан покачал головой. — Нет, ты уж сам отправляйся к ней, если хочешь. Полагаю, из нас она более выделяет меня, но у меня не хватит терпения выслушивать предваряющие прочие радости вопли. Я посижу тут, попью, а потом, наверное, завалюсь спать.

— Ладно.

Джерин поднял Дарена со скамьи. Мальчик пошевелился, но не проснулся. Неся Дарена вверх по ступенькам, Лис подумал, что поступил очень верно, по возвращении с юга пристроив к лестнице перила. Благодаря им у него теперь гораздо меньше шансов споткнуться и сломать шею не только себе, но и сыну.