Она все еще плохо себя чувствовала, несмотря на удивительно быстрое выздоровление после операции. Черная повязка закрывала ее правый глаз, и Корал становилась неспокойной, если моя рука случайно оказывалась вблизи повязки или даже если я смотрел на нее слишком долго. Что заставило Дворкина заменить поврежденный глаз Камнем Правосудия, я не мог догадаться. Тем не менее он, по-видимому, позаботился о том, чтобы защитить Корал от сил Лабиринта и Логруса в том случае, если они попытаются заполучить Камень.

Мои исследования в этой области, однако, ни к чему не приводили. Наконец, я смог ощутить слабое присутствие магических сил и начал убеждаться в здравомыслии Дворкина, Хотя по-прежнему не мог объяснить для себя тех загадочных способностей, которыми обладал древний мудрец.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я Корал.

— Очень необычно, — ответила она. — Это не похоже на боль, скорее на ощущение, которое бывает при контакте через Карту. Только я это испытываю постоянно, — он все время со мной, и я вынуждена никуда не выходить и ни с кем не общаться. Иногда мне кажется, что я стою в центре какой-то арки, — и поток сил движется вокруг меня, пронизывая насквозь.

Совершенно неожиданно я оказался в следующее мгновение в центре окружности, напоминающей серебристое колесо с многочисленными спицами красноватого металла. Отсюда, изнутри, оно казалось гигантской паутиной. Яркая нить пульсирующего света привлекла мое внимание. Да, это была мощная силовая линия, протянувшаяся из какого-то дальнего Отражения, и, вероятно, следовало изучить ее получше. Я осторожно подвинул ее в направлении Камня, скрытого темной повязкой.

Никакого мгновенного отклика не последовало. Фактически, я ничего не чувствовал, протягивая силовую линию. Но вот ее образ возник передо мной в виде завесы пламени. Пробиваясь сквозь нее, я чувствовал, как мое продвижение делается все более и более затруднительным, и, наконец, останавливается. Сейчас я ощущал себя балансирующим на грани пустоты.