– Вот они-то нам и нужны, – отрезал я.

– Их держат на последнем ярусе подземелья, в казематах. Там сыро и темно, – захныкал гид.

Мы обошли его стороной и поспешили к лифту, Николай Карпович сам нажал на кнопку со стрелкой, указывающей вниз. Когда лифт остановился и мы открыли дверь в сплошную тьму, запахло плесенью. Пришлось зажечь фонарики и пробираться по узкой штольне. Наконец мы попали в каземат. ЯЯ устроили нам восторженный прием, на какой только способны роботы. Когда радость и восторги поутихли, Николай Карпович укоризненно спросил:

– Как вы дошли до жизни такой? Почему позволили примитивам распоряжаться?

– Это все сделал Великий Несущий Бремя. Мы не могли сопротивляться.

– Почему? – насторожился я.

– Он существует в двух обликах. То он – робот из особого материала, не знающий жалости и сомнений, то он является к нам в образе человека. И тогда мы не можем не подчиняться ему.

– Не можем, не можем, – забубнили ЯЯ. – Первый закон программы – подчинение человеку. А мы только роботы.

– Пока его не было, мы управляли остальными. Мы создали Город и заводы…

– Но два месяца назад появился он, двуликий. Первым делом он покрепче затянул гайки у нескольких роботов и сделал их своими слугами. Они помогли ему закручивать гайки у остальных. А затем он построил стены, создал подземелье, разделив город и всех нас по единому принципу.

– Он бы совсем уничтожил нас, – вмешался третий робот, – но надо было продолжать производство. Последнее задание Великого Несущего Бремя – создать сплав, который бы защищал индикаторы от лучей автожетонов…

– Ведите нас к нему! – нетерпеливо воскликнул я, и они, бедняги, ответили: