– Мы боимся его. Мы очень боимся его. Но если люди приказывают, если они берут Бремя на себя, мы подчиняемся.

Лифт подымался медленно, кряхтя от перегрузки. Свет ударил в глаза, и мы невольно зажмурились. А когда открыли их, увидели здание Директории, роботов-солдат, которых оставили там. Но теперь их стало больше. И впереди стоял в угрожающей позе, выставив лучевой пистолет, сам Великий Несущий Бремя. Он блестел не так, как все остальные, будто и впрямь был сделан из особого материала.

– Убирайтесь туда, откуда пришли! – закричал он громовым голосом, и эхо повторило его слова, усилив и размножив их: “”Убирайтесь!.. Убирайтесь!.. Убирайтесь!..“”

– Здесь приказываю я, – сказал Николай Карпович, направляя на него луч автожетона,

Но Великий Несущий Бремя издевательски расхохотался:

– Даю десять секунд на размышление…

Он не успел закончить фразу. Николай Карпович вновь оказался на высоте – метнувшись к Великому, вышиб у него пистолет.

– Солдаты! – заорал тот, но лучи автожетонов сделали свое дело: роботы застыли в немой сцене.

Недаром говорят, что все диктаторы во все времена были отъявленными трусами. Великий Несущий Бремя не составлял исключения. Он мгновенно изменил тон и начал оправдываться:

– Учтите, хотя Город порой и выдавал бракованную продукцию, все работали хорошо. Производственный процесс шел на редкость отлаженно, без аварий. И это я все организовал. Все подогнал под основной технический принцип…

– Вот как? – насмешливо спросил я, подступая ближе. – Какой же это принцип?

– Надежность! – торжествующе закричал он. – В учебнике сказано: чем меньше деталей в машине, тем она надежнее. Каждому известно, что счеты надежнее электронной машины, а велосипед – самолета. Так я и распределил роботов. В аппарате управления – самых надежных, безаварийных. А другим постарался гайки зажать. Всем известно, что лучше пережать, чем недожать…