Эта Алла была наделена всеми мыслимыми и немыслимыми женскими достоинствами – от длинных ног и высокой груди до исключительно глубокого интеллекта, широкого кругозора и необычайной культуры с бойким остроумием.

Алла по сюжету романа была частным детективом, специализировавшейся на выслеживании неверных жен, выполняя заказы богатеньких и рогатеньких мужичков.

Описывая Аллу-воительницу, колотя пальцами по клавиатуре компьютера, Ванька высовывал язык и даже ронял на клавиатуру липкую слюнку, так нравилась ему его идеальная Алла – Ал иска.

А потом, вечерами, он читал своей музе те места, где было как бы «про нее»…

Алиска хмыкала. Но была польщена. Ей это нравилось.

Но вчера вечером на нее что-то нашло.

Алиска была просто даже не в себе.

– Иван! – крикнула она с порога, с грохотом снимая в прихожей зимние сапоги. – Иван, хватит дурака валять, надо делом, наконец, заниматься!

Иван в это время как раз сидел за клавиатурой и близоруко пялился в монитор своего новенького ноутбука, перечитывая написанное за день.

– Почему это я дурака валяю? – обиделся Иван. – Я все же не в «квэйка» тут играл весь день, а роман писал…

– А потому, Ванька, а потому, что вся эта издательская дребедень гроша ломаного не стоит! – кричала из прихожей Алиса. – Потому что надо играть по-крупному, потому что надо не за несчастные три или пять тысяч у.е. в месяц, а по полной программе сразу за миллион!

Иван откинулся от клавиатуры:

– Ты в своем уме, Алиска? Ты че говоришь? Я в Питере единственный автор, кто по максимуму гонорары с тиража имеет!

Алиса вошла в комнату и, не надев тапок, стояла в одних колготках… ножки ладненькие такие, длинные…

– Ваня, ты что, не слыхал про премию Гейла Блитса? – спросила она.

Нет, Ванька ничего про эту премию не слыхал, да и кто такой Блитс, припомнил не сразу.

– Дремучий ты человек, Ларин! Ваяешь про своих бандюков, а вот канадец Габриэль Дикунли пол тора миллиона зелени отхватил за трибьют Тупаку Шакуру…