– Это тебе, – сказал он, падая на одно колено и протягивая букет.

– Спасибо, – ответила она, подержала цветы на весу, как бы не зная, что с ними делать, а потом положила на стол. Андрей встал. От его колена на полу осталось круглое влажное пятнышко.

– Представь себе, – проговорил он, садясь, – пятый день не могу дозвониться до Соцеро.

– Что он тебе вдруг понадобился? – удерживая соломинку в углу губ, спросила Сима.

– Он мне всегда нужен. Как и ты.

Она усмехнулась чуть презрительно, потом выронила соломинку изо рта в бокал и, не поворачиваясь к Андрею, нехотя произнесла:

– Неделю назад мне Ванда рассказывала, что большую группу опытных пилотов затребовал Меркурианский филиал спецработ. По-моему, она упоминала фамилию Соцеро.

Андрей удивленно склонил голову набок.

– Вот как? А цель?

Сима пожала плечами. Видно было, что мысли ее где-то очень далеко, и она с трудом поддерживает разговор.

– Что ж он мне не позвонил…

– А зачем ему, собственно, перед тобой отчитываться?

– Ну, как… Друзья же… знаешь, какие! Знаешь, как мы в войну играли?

«Их было пятнадцать. Да, это было великолепно. Оперировать все лето в лесах Западной Белоруссии, прорывать окружения, спланированные учителями с великим хитроумием, чувствовать надежную сталь оружия, верить в себя и в тех, кто рядом, вдыхать пороховой дым. А на привале вдруг впервые в жизни задуматься и понять, каково это было на самом деле.»

– И что чудесно, – мечтательно сказав Андрей и даже глаза прикрыл. – Всемогущество какое-то, правда. Единство. Как мы взорвали мост! Ох, Сима, как мы взорвали тот мост! Это же сказка была, поэма!.. – он вздохнул. – А Ванда словом не обмолвилась, в чем там дело?

– Послушай, Андрей, – задумчиво произнесла Сима и повернулась наконец к нему. – Я тебе нужна? Действительно?