— Ну и что мне теперь делать?! — громко спросила она в пустоту.

В следующее мгновение Мэри осознала, что в кухне рядом с ней уже давно звонит телефон. Мэри машинально повернулась в его сторону, но отдернула руку. Нет, она не станет брать трубку. Какой смысл? Все равно никто не сможет вернуть ей Ната. Потом Мэри посмотрела на старенький автоответчик — это Нат настоял на том, чтобы использовать его вместо того, чтобы платить за голосовую почту. Иногда Нат бывал прижимист, даже скуповат. На автоответчике горела цифра 30. Тридцать звонков… Просто удивительно, что она проспала их все! Наклонившись к автоответчику, Мэри включила исходящее сообщение, записанное Натом. У него было больше знакомых, чем у нее, поэтому он настоял на том, чтобы самому наговорить приветствие.

— Вы позвонили в дом Шихэйнов. Оставьте сообщение для меня или для Мэри, и мы обязательно перезвоним вам. Спасибо.

Голос Ната звучал тепло, по-дружески; вместе с тем в нем слышались и смешливые нотки, словно ему самому казалась комичной роль автоответчика. Прослушав пленку несколько раз, Мэри попыталась вспомнить, есть ли у нее другие записи Ната. Забыть этот голос… Одна мысль об этом причинила ей острую боль. Стараясь справиться с подступившей паникой, она снова поднесла к лицу испачканную кровью блузку. Слава Богу, у нее есть голова Ната! И наплевать, что он никогда не хотел оказаться замороженным.

— Прости, но я не могла допустить, чтобы ты ушел навсегда, — сказала Мэри, обращаясь к пустой комнате.

Нат частенько подшучивал над интересом, который Мэри проявляла к криогенным технологиям. Она знала, что каждый раз, когда она разговаривала об этом с друзьями, Нат чувствовал себя неловко, но ее это не волновало. Увлечение криотехнологиями — «пунктик», как называл его Нат, — пришло к Мэри, когда она занималась оплодотворением замороженных яиц. Этот интерес еще больше укрепился, когда несколько ее коллег в Калифорнийском университете увлеклись изучением зародышевых стволовых клеток. Нат так и не сумел понять, почему его жена так заинтересовалась работой группки фанатиков-энтузиастов, посвятивших жизнь созданию надежной технологии полного восстановления жизненных функций замороженного организма.