Да, как же он сразу не догадался! Митя, быть может... Да наверняка он все знает, успокоит; скажет, что надо делать! И Алеша, пробормотав: "Сейчас Мите позвоню, узнаю, что происходит" - бросился к телефону, который красным, расплывчатым пятном проступал из мрака, схватил трубку, стал набирать номер... И, когда уже раздался первый гудок, он отметил, сколь же странным был этот набор номера - когда набираешь требуется хоть какое-то усилие, хотя бы проговорить про себя нужные цифры, тут же он даже не смотрел на эти цифры, даже и табло не крутилось... все было как во сне, и, в то же время, Алеша чувствовал, что он уже проснулся. Ощущение было жутким, мурашки бежали по его коже.

И вот раздался голос Мити... Мити ли?.. Алеша никак не мог вспомнить голоса своего друга, однако, ему казалось, что разговаривает он с самим собою. Надо ли говорить, что дрожь охватывала и его тело и голос. С трудом он смог выдавить из себя:

- Привет... Ну, ты видишь, что на улице происходит?

- Вижу... - кажется, Митя пытался говорить спокойно, но и в его голосе чувствовался испуг.

- Так что это такое?.. Мы здесь ничего понять не можем. Ты объясни, объясни, что такое происходит. И про сон мой тоже объясни. Ты ведь и про сон мой знаешь; ты все-все знаешь. И вовсе ты и не Митя никакой! Ну, кем бы ты ни был, расскажи всю правду, ведь неведение страшней всего... А сон мой очень-очень важным был! Мне его и вспоминать жутко, но все равно расскажи!..

Алеша выпалил все это на одном дыхании, чувствовал, что, если хоть на мгновенье остановится, то дальше ни слова не сможет произнести - смелости уже не хватит.