Нимайер пожал плечами.
- Термоэлементы, конечно, не подведут. Это предельно простые устройства, да и условия в шахте для них самые благоприятные: малые колебания температуры, отсутствие влаги... Можно поручиться, что они выдержат этот срок не хуже мамонта. Ну, а остальные приборы? Если за восемнадцать тысячелетий сломается хоть один...
Берн расправил тело и потянулся.
- Остальным приборам не придется выдерживать этот громадный срок. Они сработают только дважды: завтра утром и через сто восемьдесят веков, в начале следующего цикла жизни нашей планеты. Все остальное время они будут законсервированы вместе со мной в камере.
- Скажите, профессор, вы... по-прежнему твердо верите в конец нашего человечества?
- В это страшно верить, - задумчиво сказал Берн. - Но кроме того, что я ученый, я еще и человек. Поэтому я хочу посмотреть сам... Ну, давайте спать. Завтра нам предстоит еще немало работы.
Нимайер, несмотря на усталость, плохо опал в эту ночь. То ли от жары, то ли под впечатлением рассказов профессора мозг его был возбужден и сон нс шел. Как только первые лучи солнца коснулись палатки, он с облегчением встал. Бер.н, лежавший рядом, тотчас же открыл глааа:
- Начнем?
Из прохладной глубины шахты был виден кусочек необыкновенно синего неба. Внизу узкий ствол расширялся. Здесь, в нише, стояла установка, которую Нимайер и Берн монтировали последние дни. К ней из песчаных стенок шахты шли толстые кабели от термоэлементов.
Берн в последний раз проверил работу всех приборов в камере. Нимайер по его указанию выдолбил вверху шахты небольшое углубление, заложил в него заряд и провел провода в камеру. Все приготовления были окончены, и они выбрались на поверхность. Профессор закурил сигарету и огляделся.
- Сегодня пустыня выглядит прекрасно, правда? Ну вот, дорогой мой помощник, кажется, все. Через несколько часов я приостановлю свою жизнь - это будет то, что вы неостроумно назвали самоубийством. Смотрите на вещи просто. Жизнь - эта загадочная штука, смысла которой непрестанно ищут, - только короткий штрих на бесконечной ленте времени. Так пусть моя жизнь будет состоять из двух "штрихов"... Ну, скажите же что-нибудь напоследок - ведь мы с вами редко разговаривали "просто так".