Действующие лица узнавались с трудом. Вампира Жоржа там, естественно, не значилось вовсе, все лавры задержания Гин-Гроана были отданы дорожному патрулю пелестонской полиции. На все лады расхваливались спасатели, особенно гигант Валера, произведший на Папалексиса неизгладимое впечатление. Два листа были специально отведены штурму фотонной ракеты на "Пелестоне-1", и уж здесь словесная палитра старшего играла всеми цветами радуги. Продравшись сквозь метафоры, Полонский с облегчением узнал, что с обеих сторон обошлось без жертв.
Надо всем этим великолепием вздымалась величественная скульптурная группа. В центре её помещалась фигура Полонского, который был на голову выше всех остальных – что, впрочем, почти соответствовало действительности. Правой рукой этот монументальный Полонский опирался на плечо мудрого, указующего путь Алекса Папалексиса, а левой отечески придерживал за шиворот Витю Террориста, обвешанного плазменными гранатами и грозящего невидимым врагам лазерным излучателем.
Детектив остался недоволен отчётом, хотя был благодарен Алексу, что тот не стал упоминать о его, Полонского, проколах, которых, в реальности, было не так уж мало. Дочитав до конца, он спрятал отчёт в тумбочку и взялся за Валентина.
– Теперь можешь изложить в прозе, как всё было на самом деле.
Валентин рассмеялся и закинул одну длинную ногу на другую.
– Нет, Виктор, так дело не пойдёт! Ты у нас гениальный сыщик, ты и рассказывай. А я, как положено в классических детективных романах, буду изредка подавать реплики и удивляться, откуда ты так много знаешь. Начинай!
Полонский взглянул на приятеля с укоризной.
– У меня, между прочим, с головой не всё в порядке, забыл? И вообще, времени мало: вдруг кто-нибудь из персонала явится?
– Профессор на обходе в другом корпусе.