– Мне информации не хватает, – настаивал детектив. – Когда я начинаю думать тем, что мне любезно оставил Рикардо, у меня концы с концами не сходятся! Ясно одно – Гин-Гроан угодил в свои же сети. Ему пришло в голову изучать влияние разных наркотиков на вампиров. Скажем прямо, идея дурацкая: если бы его планета была так же хорошо знакома с вампирами, как наша старушка Земля, он бы тридцать раз подумал, прежде чем ввязываться в такое дело. Во-первых, единственный наркотик, который действует на вампиров, – это свежая кровь. Хватит морщиться, хотел слушать, так слушай! Во-вторых, даже она может вызывать совершенно разные реакции. Один из подопытных вампиров – назовём его, к примеру, Жорж, – чуть не умер, настолько возвращение от вегетарианства к…гм-гм… кровопитию подорвало его дух. Зато Рикардо расцвёл махровым цветом…
– Разве он не попал таким образом в зависимость от Гин-Гроана?
– Вы, Ватсон, рассуждаете, как Гин-Гроан. Вовсе не надо пить кровь ежедневно. Достаточно небольшого количества время от времени. Это же лакомство, а не еда!
– Вы, Холмс, рассуждаете, как вампир. Послушать – так прямо мороз по коже! Давай ближе к делу.
Полонский ухмыльнулся.
– Надеюсь, я не испортил тебе аппетит? Когда у твоей брюнеточки кончается дежурство? Ладно-ладно, продолжаю! Гин-Гроан тоже считал, что он получил над Рикардо неограниченную власть, и тот не спешил его разочаровывать. Сперва он сделал вид, что готов работать на Гин-Гроана – а Рикардо, между прочим, действительно гений во всём, что касается электроники, – и прибрал к рукам большую часть лабораторий. Он фактически стал правой рукой Гин-Гроана, только знали об этом немногие.