– Понятно, – сказал стажёр таким тоном, что Алекс и Полонский воззрились на него обеспокоено.
– Что именно тебе понятно? – спросил Алекс с подозрением.
– А какое нам оружие дадут? – вызывающе ответил стажёр вопросом на вопрос. – От этого и зависит, что понятно.
– Тебе я бы даже палки в руки не дал, – признался Папалексис. – Но придётся выдать плазменный пистолет. Только предупреждаю: вынешь его хоть раз в людном месте – дальше будешь действовать исключительно голыми руками. Всё ясно?
– Угу.
– Номер группы, позывные и прочая информация – в моём компьютере. Бери – и марш собираться в дорогу. Встречаемся здесь в восемнадцать сорок. Опоздавшим придётся объясняться лично с Торквемадой.
Когда наконец за стажёром закрылась дверь комнаты, Полонский спросил:
– Как его зовут-то? Ты нас даже не представил…
Алекс отмахнулся.
– Витька он, как и ты. Не до церемоний тут. Вчера только из полицейского колледжа прислали, а он уже успел кличку заработать – Террорист. В лазерном тире сверхогнеупорное чучело ухитрился искромсать, Торквемаде пришлось платить. Я такие выражения слышал только раз в жизни – когда контрабандистов на Фелизее брал.
– А родом он откуда?
– Шут его знает. В его деле записано, но я не запомнил. Где-то у чёрта на куличках.
– Ну, я тоже не столичная штучка.
Алекс вальяжно раскинулся в кресле.
– Да, я и забыл, что ты у нас провинциал…
– А ты – нет?
– Я родился на Нептуне! – ответил Папалексис с достоинством. Так, наверное, его далёкий предок извещал всю тогдашнюю Ойкумену, что он – уроженец свободных Афин.
Пелестон был спасательной станцией в системе Адальмета. Кроме него, вокруг гигантской оранжевой звезды вращалось восемнадцать планет, из них одиннадцать населённых.