«Не могу достучаться», по частному каналу Бакстер сказал Уилсону. «Командный канал сдох.»

Уилсон ждал приказа.

«Давай-ка загляни туда», указал Бакстер на дверь. «Оставайся на частном, когда рапортуешь.»

Уилсон проверил энергохранилище на своих волшебных ботинках. Он согнулся, высоко подпрыгнул, схватился за край двери и затащил себя на порог, там закрепился, и посмотрел вниз в жемчужину. То, что он увидел, называется роскошью. Занавеси из персикового и бирюзового шелка, гобелены на стенах; посуда из серебра и золота; оббитые шелком диваны и подушки; витиеватые ковры, инкрустированные столы и кресла. Но все порванное, разбросанное, сломанное, как после жестокого вторжения грабителей. Арочный проем вел в другую роскошную примыкающую комнату. Странная штука, пол соответственно расположению двери — был сильно скошен, мебель должна была вся соскользнуть в сторону; но, хотя опрокинутая и побитая, мебель не подчинялась закону тяготения, и если бы Уилсон упал вниз, на таком склоне он не смог бы стоять. Это дезориентировало.

Он отрапортовал Бакстеру и тот сказал: «Я поднимаюсь.»

Бакстер прыгнул, схватился за дверь. Уилсон протянул руку в боевой перчатке, помог перевалить порог. Они скорчились вместе в дверном проеме, неуклюже балансируя, цепляясь друг за друга.

«Выглядит чисто», сказал Бакстер, обозрев все. «Может, это и есть путь.»

«Путь? Путь куда, мать-перемать?», спросил Уилсон. «Это не по протоколу, мужик. Нам поручено разведать пещеру и сообщить, что мы нашли. Не предполагается, что мы полезем внутрь того говна, которое найдем.»

«Я не так понял приказ.»

Равнодушие Бакстера, его отрывистый солдафонский тон, вывели Уилсона из себя. «Я на хрен почтительно не согласен. Я думаю, что чертов капрал держит голову выше жопы.»

«Проверь свой дисплей, мужик. Видишь размеры пещеры?»

Размеры показывались бесконечными во всех направлениях, кроме потолка.