— Вы что?! — ахнула девушка и скороговоркой: — Да я понятия не имела, что это за номер! Я совершенно случайно его набрала! Да если бы я знала, кому звоню, сразу бы от страха умерла! У меня и в мыслях не было…

— Не врать! — — рявкнул я. — — Или колись, или сейчас же едем в отделение, и о своих связях с сатаистами будешь рассказывать под протокол!

Еще раз убеждаюсь, какие у нас люди легковерные и какой магической силой обладают слова «отделение» и «протокол». Она даже не подумала о том, что для начала надо спросить у меня удостоверение сотрудника милиции. В глазах — отчаяние и слезы.

— Пожалуйста, не надо в отделение, — сказала она, прижимая руки к груди. — Нет у меня с ними никакой связи! У меня и в мыслях ничего дурного не было. Подозвал меня какой-то мужик…

— Какой мужик? — прервал я. — Подробно о нем!

— В темных очках. Худощавый такой, лет тридцати пяти. Лицо узкое.

А рост?

— Рост я не могла определить, он из машины меня позвал. Машина посигналила, я подошла…

— Модель?

— «Жигули», —: глотая растерянность и страх, отвечала девушка. — Кажется, девятая модель.

— Цвет?

— Темный. То ли темно-синий, то ли черный…

— Дальше!

— Я подошла, а он сразу протянул мне деньги из окна. — Сколько?

— Сто баксов.

— И ты уже была готова сесть в машину, — подсказывал я.

— Он протянул мне бумажку с номером телефона и показал на вас. Он говорит: попроси у этого человека мобильник и набери номер, который я тебе дал.

— И все?

— Да, все. Я сама удивилась. Машина сразу отъехала, а я пошла в магазин.

— Куда машина поехала?

— Я не обратила внимания, потому что все время смотрела на вас, чтобы не потерять из виду. Но вы такой рослый, заметный, красивый…

Девушка немного успокоилась и начала осторожно вставлять комплименты, намереваясь вызвать во мне чувство симпатии к ней. Я порылся в пакете со снедью, вынул запаянные в вакуумную упаковку кружочки копченой колбасы и протянул ей.