— «Мое пребывание здесь, уже стало приятным, с той самой минуты когда я увидел Вас», — перевел таможеннице Артем, и ее улыбка стала еще шире, заиграв лучиками морщинок у глаз.

— …С той самой минуты, как я увидел Вас — позже передразнил Артем, когда они отошли на безопасное расстояние. Свою спортивную сумку он закинул на плечо. — Интересно, почему если такое говорит итальянец, это считается верхом галантности, а для любого другого это считается банальщиной. В чем секрет?

— Имидж нации. — Ответил Сабир. Свой объемистый чемодан, как отметил Артем, он тащил без видимого напряжения — Такое нарабатывается веками. Кого не спроси — Итальянец, — значит темпераментный и галантный ловелас.

— Да, — согласился Артем. — Но почему у итальянцев такой имидж, а, скажем, у русских все реноме — дикая пьянка под балалайку в обнимку с медведями? Ведь не сами же они это себе придумали?

— Русские себе вообще никакого имиджа не создали — сказал Сабир. — Поэтому за них это всегда делали другие.

«Любопытноо, — подумал Артем взглянув на Сабира, — имя у него, если не ошибусь татарское, а на лицо вполне европеец…».

Они вышли в зал для встречающих. Там несмотря на позднее время было довольно много народа. Через некоторое время они увидели в толпе маленькую миловидную женщину лет сорока в местном национальном костюме. В руках она держала плакат, на котором красовались их итальянские имена. Артем узнал ее по фотографиям, которые ему показывали. Женщина была местным агентом конторы, она должна была обеспечить информационное и материальное обеспечение группы на месте. Ее звали Дамиля Куртамелова. Здесь она владела вполне легальным туристическим бизнесом.

— Вон там, — показал он на женщину Глебу и Сабиру.

Они начали пробираться к женщине сквозь пеструю толпу.