Продираясь кое-как сквозь заросли трубок-волноводов, они добрались до невысокого пульта.

– Ну и наворотил, – сказал конструктор непонятно: осуждающе или с восхищением. – Настоящие джунгли.

– Мы не ставили перед Большим мозгом условий насчет внешней красоты, – напомнил программист. – И потом, рудник отнюдь не рассчитан на то, что в нем будут находиться люди.

– Вот именно, не рассчитан, – сказал главный конструктор и, внезапно нагнувшись, поднял с пола обрывок молнии комбинезона. В других, более спокойных условиях это было бы сенсацией, но сейчас нужно было думать о другом.

Конструктор сунул находку в карман.

– Может, и рудника тут никакого нет, – сказал он, – а так, скопище манипуляторов. Посмотрим.

Пока Анатолий возился с клубком волноводов, конструктор медлительно, словно ничего не случилось, колдовал у пультов, присев на корточки.

– Может, сразу в шахту?.. – сказал Анатолий.

Иван Николаевич покачал головой.

– Сначала здесь надо разобраться, – сказал он. – Так будет правильно.

Наконец главный конструктор разогнул спину и глаза его блеснули. Он указал Анатолию на небольшой сферический экран, полускрытый узкими ладошками виниловых листьев, покрывающих гибкие ветви манипуляторов. Внутри шара резво пульсировали две тонкие струйки – синяя и красная. Ежесекундно они смыкались на миг, а затем снова бежали порознь. Это означало, что подземное сооружение, воздвигнутое под руководством Большого мозга, продолжало функционировать.

Итак, при мертвом Большом мозге рудничный комплекс работал…

Лицо Анатолия выражало полную растерянность.

– Надо идти в штреки, – сказал он.

– Разгадка должна быть здесь, в командной рубке, – возразил Иван Николаевич, поднимаясь на ноги и обводя взглядом помещение.