— Наверное, — со вздохом согласился Савелий, затем вскинул трофейный автомат на плечо и медленно направился к выходу.

Неожиданно за спиной прозвучала короткая очередь. Как ни странно, Савелий совершенно не испугался, не дернулся с опаской, он просто остановился и, как при замедленной съемке, не торопясь обернулся. В мазанке почти ничего не изменилось, если не считать одного: афганец, сжимавший гранату, успел привстать на колени, выдернуть из смертоносной штуки чеку, однако бросить ее не успел — очередь Шалимова оборвала его жизнь. Савелий повернулся в тот момент, когда мужик падал назад, его рука с гранатой мертво стукнулась об утрамбованный земляной пол, разжалась, и смертоносная штучка медленно скатилась с ладони.

— Сержант! — завопил Шалимов, и, мгновенно осознав, что времени на разъяснения не осталось, стремглав бросился на Савелия, выметая его из мазанки наружу и прикрывая своим телом.

Прошло несколько секунд, а взрыв все не раздавался.

— Черт! — ругнулся Шалимов. — Почему?

— Что почему? — с глуповатой улыбкой переспросил Савелий.

— Как? — опешил тот. — Ты, командир, гранату видел?

— Видел. Ну и что? — невозмутимо пожал плечами Говорков.

— Как что? — завопил Шалимов. — Он же чеку выдернул!

— Ну, выдернул… — Савелий вновь невозмутимо пожал плечами. — Граната-то учебная, — пояснил он. — А может, просто неисправная: из наших, видно, кто-то подсунул, меняя на спиртное…

Шалимов ошарашено смотрел на младшего сержанта, все еще, однако, не решаясь встать и продолжая прикрывать командира своим костлявым телом.

— Как ты узнал?

— Да никак, — буркнул Савелий. — Коль не взрывается через три секунды, значит, учебная или… неисправная. — Он отодвинул Шалимова и уже хотел встать, как неожиданно прозвучал оглушительный взрыв.