Говорков возвращался в Москву на «боинге» — билет на этот рейс подарил ему адмирал Джеймс. Казалось, Савелий дремлет, но на самом деле он думал о своей любимой Розочке. Прошло всего несколько часов с того момента, как они расстались в нью-йоркском аэропорту Кеннеди, а он уже соскучился.

Вчерашний день, как Савелий и обещал Розочке, они провели вместе. Это был удивительный день для них обоих. Вроде бы ничего существенного не произошло: они даже и разговаривали только за обедом, к тому же в компании ее тетки, Зинаиды Александровны. Надо заметить, что именно она все время и болтала, словно пытаясь разрядить несколько напряженную атмосферу и заполнить словесные пустоты прощального вечера. Но для двух любящих сердец все это было лишним и совершенно ненужным. Им вполне хватало того, что они радом и могут ловить взгляды друг друга, ощущать запах, дыхание любимого человека. И лишь изредка, словно отдавая дань вежливости третьему человеку за столом, они нетнет да вставляли словечко. В конце концов Зинаида Александровна почувствовала, что мешает, быстренько выпила кофе и, сославшись на якобы неотложные дела, тут же удалилась.

Молча, будто только и ждали этого момента, они радостно улыбнулись. Их взгляды встретились. Влюбленные встали из-за стола и некоторое время стояли неподвижно. Потом, не отрывая взгляда от Розочкиных глаз, Савелий подошел к ней и остановился в полуметре.

«Господи! Он стоит рядом со мной… Я вижу его глаза, ощущаю его каждой клеточкой своего тела, но почему у меня не идут ноги? Они словно приклеились к полу», — произнесла про себя Розочка.