– Мам, мне холодно, – сказал Ник. Его слова разрушили тишину, и по толпе пронесся вздох.

– И это мы искали столько лет? – спросил второй помощник. Капитан молчал, и в его непокрытых волосах тускло блестели мелкие капли.

– Здесь идет дождь! – отчаянно крикнул кто-то.

– Это не похоже на рай, – сказала мама с печальной улыбкой.

– Чего доброго, мы здесь подхватим лихорадку, – сказал старпом и гулко чихнул.

Кивнул боцман, враждебно глядя на низкие пасмурные холмы.

– Я испортила платье, – пожаловалась какая-то дама.

– Не самое подходящее место для детей, – заметил учитель. – В лесу наверняка опасно.

Капитан молчал, и тогда старпом процедил медленно и зло:

– Где же твой прекрасный берег, капитан?

– Я не легендарный герой. Я не могу привести вас в рай, – тихо ответил капитан. – Вот земля, которую мы искали.

– Да, ты не герой, – грустно сказала мама, и в ее глазах отразилась капитанская лысина, и страдания от качки, недостойные моряка, и все мелкие слабости, и бог знает что еще.

– Но вам придется стать героем, капитан. Мы должны найти рай.

В руке старпома появилось мокрое черное железо, и Ник почувствовал запах металла, масла, опасности.

– Здесь дети и дамы, – сказал капитан, глядя на дрожащую руку старпома.

– Мы отойдем вглубь берега, за холм, – ответил он. Капитан обвел взглядом свою команду и увидел лишь нетерпеливое ожидание.

– Нам нужен герой, капитан, – тихо сказал боцман. – Будьте же мужчиной.

Ник стоял, прижавшись щекой к холодному и мокрому маминому плащу, и с надеждой смотрел в спину капитана, уходящего в дождливые холмы.

– Вот так все и было, сынок. Мы с капитаном ушли подальше от берега, и я помню, как шумел ветер в соснах – а мне казалось, что я уже стою на палубе «Искателя», идущего прямиком в рай. Я ушел с капитаном, а вернулся один. И все жали мне руку, да-да, все жали мне руку, и ты, Ник, тоже сунул мне мокрую ладошку. А потом меня заперли в каюте. Вот так все и было, так и было.