Король, сходя с барки, куда-то не туда ступил, оказался по пояс в воде. Его шоссы и кафтан промокли совершенно, что никоим образом не способствовало улучшению королевского самочувствия и наложило отпечаток на план его первой беседы с Великим Магистром Ордена. Воистину, трудно быть величественным и независимо выглядящим, когда у тебя не только взбунтовавшаяся столица за спиной, но к тому же течет грязная вода с платья.

Но Жак де Молэ, несмотря на то, что не мог похвастаться особой родовитостью (он происходил из обедневшего нормандского рода), был человек истинно деликатный, узнав о падении короля в воду, он отложил разговор, давая Его величеству время привести себя в порядок.

Встреча состоялась в личных покоях Великого Магистра, причем с глазу на глаз. В огромном камине горело несколько небольших бревен. Убранство помещения совмещало в себе, примерно в равных долях, приметы военного и церковного обихода, что точно отражало и дух Ордена и характер самого Великого Магистра.

Жак де Молэ был уже стариком. Седая грива волос, седая же борода, глубокие морщины на лбу и целая вертикальная расщелина меж седых бровей. Несмотря на эти признаки старости, чувствовалась в фигуре и осанке Великого Магистра и крепость, и сила. В глазах его светился ясный житейский ум. Впрочем, выражение этих глаз Его величество, скорее припоминал, чем видел. В помещении было полутемно.

На столике, придвинутом к камину, возвышались два высоких бокала из темного наваррского стекла. Но не настолько темного, чтобы не разглядеть, что беседующие к вину не прикасались. Магистр пил весьма и весьма мало, своим примером опровергая злонамеренную поговорку "пьет, как тамплиер", пущенную завистливыми обывателями еще в позапрошлом веке. Король же не пил, потому что боялся, что его могут отравить в этом внешне очень гостеприимном доме. Зачем же было рыцарям Храма его спасать в таком случае от взбунтовавшейся черни, можно было бы его спросить.