Денег у дамы не оказалось. А может они и были, но, в силу тупой принципиальности отдавать их было жалко. Так или иначе, вслед за отказом оплатить проезд, последовала вполне законная и предельно вежливая просьба сойти на ближайшей остановке. И водитель, и кондукторша, и практически все пассажиры были морально готовы к буйной ответной реакции, но ее как ни странно, не было. Склочная дама безропотно сошла на ближайшей остановке, однако, уже находясь вне автобуса, небрежно бросила: «чтоб вам кататься до скончания века».
— Чтоб вам, то есть, нам, кататься до скончания века, — повторил водила Стефан ту роковую фразу, — и что скажешь, великий маг?
— По ходу, вас прокляли. Весь автобус, — молвил Карен Терусян.
— Какое неожиданное откровение! — хмыкнул водитель, — и это все, что ты можешь сказать?
— Я думаю, — отчаянно воскликнул Карен, в подтверждение своих слов схватившись рукой за лоб, — понять пытаюсь. Разобраться. И не все понимаю. Вот вы про кондукторшу говорили. А я че-то здесь никаких кондукторов не увидел.
— Дура, — бросил Стефан, — истеричка. Мы едва о проклятии узнали — когда двери перестали открываться. Пассажиры стоят, возмущаются, а эта… даже слов у меня нет… берет молоток, на случай аварии предназначенный, окно разбивает и выпрыгивает.
— И че? — недоуменно вопрошал Карен.
— А то ты не знаешь — «че»? Примерно то же, что и с твоим туфлем. Прыгнула молоденькая девка, а земли достиг череп и несколько костей. Или, ты думал, что мы такие тупые и не догадались бы себе проход пробить?