Облегченный вздох был ему ответом: мало кто из изнеженных аквилонских нобилей был готов пару седмиц трястись в жестком седле только для того, чтобы расследовать исчезновение какого-то безвестного каравана.

— Владыка Тарантии прав, да благословит Митра его судьбу. Честь Аквилонии требует, чтобы любое, даже самое мелкое злодеяние не оставалось безнаказанным, — выступил вперед сенешаль, — Слава Великому Конану, справедливому и мудрому королю!

Его последние слова были заглушены ревом труб герольдов и бряцанием обнаженных мечей дворцовой стражи. От воздушной волны пламя факелов на стенах заколебалось.

— Слава Аквилонии! — варвар ударил кулаком по своей мощной груди, — клянусь Солнцеликим, — я найду виновного и накажу по справедливости. Выступаем завтра утром. Эскорт небольшой: дюжина гвардейцев из Серебряного Отряда. Вряд ли дело стоит того, чтобы снаряжать целую армию…

* * *

Ранним утром следующего дня небольшой отряд, под предводительством Конана из Киммерии, отправился в путь.

* * *

До столицы Пограничных земель они добрались без особых приключений, встреча с королем Эрхардом также не была отмечена никакими особенными событиями. Старый друг был очень рад увидеть своего царственного собрата и после вечерней трапезы, властители решили размять кости и прогуляться по улицам Вольфгарда.

Оставив гвардейцев развлекаться во дворце, Конан с Эрхардом сели на коней и, в сопровождении свиты из семи воинов, посетили рынок, потом заглянули в недавно построенный храм Владыки Света. К концу прогулки аквилонский владыка уже откровенно начал скучать. Неспешное передвижение по мощеным улицам города было не для него. Стоило покидать Тараитию только для того чтобы вот так, подобно пожилым жрецам Асуры, еле плестись по закоулкам Вольфгарда.