Поднялась луна, и мрачный голубоватый свет озарил поле битвы. Как будто по сигналу, вождь кельтов снова вышел на поляну. Римляне собрались, снова ожидая его нападения, но на полпути он остановился, отстегнул ножны с мечом и поднял вверх правую руку, сжатую в кулак.
— Вы славно сражались, — крикнул он на хорошей латыни. — Сдавайтесь, и мы покончим с этой бойней. Ваша жизнь будет спасена.
Военный трибун обдумывал это предложение несколько минут. Почему-то он верил этому галлу, но сомневался, что варвар смог бы удержать своих воинов от расправы после того, как римляне будут в их власти. Он слишком хорошо помнил галльский обычай сжигать живьем воров и грабителей и знал, что римлян вполне может ожидать подобная участь, окажись они во власти кельтов.
Один из легионеров крикнул:
— Подойди поближе, мерзавец, и ты за все заплатишь!
Марк подумал, что к этому нечего добавить. Кельт тоже это понял.
— Что ж, я предупредил вас. Пеняйте на себя, — сказал он и вернулся к своим воинам.
Передохнув немного, они снова приготовились к битве. Проверив мечи и копья, галлы бросились вперед, и сумасшедшая сутолока боя вспыхнула с новой силой. Кольцо римлян сузилось, но не сломалось. Многие из нападающих упали мертвыми, пытаясь перебраться через тела убитых, но это остановило вражеский напор лишь на несколько минут.
— Сдавайтесь, дурни, пока вы еще живы! — крикнул один из кельтов.
— Мы ответили «нет», почему вы не поверили нам? — крикнул в ответ Марк.
Галл угрожающе поднял меч.
— Подожди! Сейчас мы убьем тебя, и твои солдаты сами побросают мечи! Они не так глупы, как ты!
— Нет! Проклятье! Я сильно сомневаюсь в этом! — зарычал Гай Филипп, но гигант-кельт уже продвигался вперед. Он убил одного римлянина и ударами щита отбросил еще двух. Пригибаясь, чтобы не попасть под удар копья, он снова пробрался в середину шеренги и попытался пробиться к Марку. Группа легионеров вместе с Гаем Филиппом бросилась ему наперерез, но трибун отозвал солдат. Битва остановилась как по команде, и обе армии опустили оружие в ожидании поединка командиров.