И, вспомнив такую уникальную подробность, Эльвира замолчала.
— И долго Шура пробыл?
— Да нет, конверт какой-то передал и был таков.
— Что за конверт?
Но конверт, судя по всему, Николай забрал с собой. Черяга церемонно распрощался с Эльвирой, оставил ей свою карточку, накорябав сверху московский сотовый номер.
— Если Коля появится, пусть непременно позвонит мне, — прощаясь, попросил Черяга.
— А что, он натворил что? — удивленно подняла брови супруга.
— Ну, что скажешь? — осведомился Черяга, когда они спускались вместе по лестнице.
— Скажу, что наблюдается такая любопытная закономерность — если бизнесмен начинает общаться с молодыми людьми с короткой стрижкой и на «БМВ», то у него рано или поздно возникают неприятности. Причем возникают даже тогда, если наш бизнесмен со своими приятелями никаких дел не варит и проводит время исключительно за картишками или рыбалкой…
— Этот Шура по вашей картотеке случайно не проходит?
— Москва — это тебе не Ахтарск. Таких Шур в Москве десять тыщ с копейками.
— Посмотри по картотеке. Авось, убийство собаки раскроешь.
— Ну да. И посажу за него владельца «БМВ».
Черяга подвез опера обратно к отделению. Уже высаживаясь из машины, Гордон внезапно спросил:
— Слушай, а чего ты сам возишься с этим Заславским? У вас что, людей нет?
— Хозяин у нас такой, — усмехнулся Черяга. — Живем под девизом: посуду в ресторане должен мыть шеф-повар.
Спустя двадцать минут гладко выбритый и чисто одетый Черяга вошел в небольшой особнячок близ станции метро «Профсоюзная». У невнимательного посетителя, прошедшего через стеклянные двери с хмурыми охранниками, наверняка бы разбежались глаза от изобилия табличек с именами фирм, прикрученных на стену сразу за спиной охранника. Если судить по табличкам, в здании обитало не меньше двух десятков компаний и представительств. На самом деле здание состояло на балансе «АМК-инвеста», и все обитающие в нем фирмы были просто двойниками и тройниками Ахтарского металлургического комбината, страдавшего, как и все нормальные предприятия России, острым финансовым раздвоением, растроением и распятидесятирением личности.